Открыть
Размер шрифта
A
A
A
Цвет сайта
Ц
Ц
Ц
Показывать изображения
Да
Нет
Сбросить настройки
ПН
ВТ
СР
ЧТ
ПТ
СБ
ВС
Адрес: 460050, г. Оренбург, ул. Терешковой, 255

+7(3532)533-111
+7(3532)553-111
Заказать обратный звонок

Жизнь и деятельность святителя Луки (Войно-Ясенецкого) как пример взаимодействия науки и религии


Автор: кандидат медицинских наук А.В. Лайков

КРАТКАЯ БИОГРАФИЯ

СВЯТИТЕЛЯ ЛУКИ (ВОЙНО-ЯСЕНЕЦКОГО)

we

Валентин Феликсович Войно-Ясенецкий, будущий святитель Лука, родился в Крыму в 1887 году. Как он сам писал, религиозность им усвоилась от отца католика, очень доброго человека. С детских лет имел большую тягу к рисованию, в занятиях которым обнаружил явные дарования. Позже семья перебралась на жительство в Киев. Вместе с окончанием учебы в гимназии, успешно завершил обучение в художественной мастерской. С ранних лет любовь к Богу и ближнему занимали в душе юноши главенствующее место. Видя окружающую действительность с большим количеством обездоленных; понимая, что выбирает занятие на всю жизнь, отказался от желания продолжить художественное образование в столичной академии, выбрал путь помощи страждущим. Решает посвятить свою жизнь врачебному служению. Войно-Ясенецкий, во время учебы на медицинском факультете в киевском университете, обнаруживает у себя трансформацию любви к рисованию в увлечение красотой формы. Этот творческий подход в последующем сыграл большую роль и в оформлении его научной работы, посвященной топографической анатомии человека, сопровождающейся собственными иллюстрациями и схемами оперативных пособий.

По окончании гимназии, ее директор подарил Валентину Феликсовичу книгу Нового Завета с напутственными пожеланиями руководствоваться ею в своей жизни. Учась в университете, он в то же время старается уяснить себе учение Христа. Искреннее удивление оказали на юношу слова Христа «Жатвы много, а делателей мало» (Мф. 9; 37), в том смысле, что Ему недостает последователей и сподвижников. Это удивительная черта детской веры такой же горячей, искренней и чистой останется до конца его земного пути.

Естественным для самого себя, и совершенно неожиданным для окружающих, стало желание Войно-Ясенецкого, после блестящего окончания медицинского факультета, посвятить себя служению простым людям в качестве земского врача, простого деревенского доктора, а не роли подающего большие надежды талантливого ученого.

Начал свою медицинскую карьеру в 1904 году с участия в событиях на Дальнем Востоке, оказывая помощь раненым русским воинам на полях Русско-Японской войны. Родители не стали отговаривать от отправки в составе военно-медицинского отряда на восток воюющей родины, туда, где всего тяжелее народу. «Патриотизм был частью воспитания детей семьи Войно-Ясенецкого». Здесь он получает и большие научно-практические навыки, много и напряженно работая в военно-полевом госпитале. Здесь же он знакомится со своей будущей супругой Анной Ланской, которая работала медицинской сестрой в том же медицинском отряде.

По завершении боевых действий молодые переезжают сначала в Курскую губернию, затем в разные уездные больницы небольших селений центральной России. Молодой, но уже опытный хирург Войно-Ясенецкий скоро снискал заслуженную славу как талантливый и бескорыстный врач, к нему стекались больные со всех окрестных деревень. Так, один успешно прооперированный крестьянин по поводу слепоты, привел с собой еще несколько человек нуждавшихся в излечении.

Работая в глубинке, Войно-Ясенецкий первым в России занялся научными исследованиями, посвященными вопросам местного обезболивания, а именно - проводниковой анестезией. Для продолжения серьезных научных исследований он экстерном сдает экзамен на место ассистента в клинику профессора Дьяконова, и вынужден поселиться в Москве. Итогом этих трудов явился разработанный способ проводниковой анестезии, изложенный в одноименной работе, после защиты которой, в 1916 году, ему присвоена ученая степень доктора медицины. Работа, проделанная Войно-Ясенецким, была очень высоко оценена многими знаменитыми хирургами и ведущими клиниками страны: так Варшавский университет признал ее уникальным исследованием, открывающим новое направление в регионарном обезболивании.

Около тринадцати лет проработал Валентин Феликсович земским врачом, переезжая из одного уезда в другой, не имея ни праздничных, ни выходных дней. Уже тогда он накопил большой и уникальный хирургический опыт и имел желание изложить его в отдельном практическом руководстве. Тогда же и приступил к работе над многолетним трудом, увидевшим свет как «Очерки гнойной хирургии». При планировании этой работы его посетило предчувствие, что в момент выхода книги автор будет в епископском сане. Хотя Владыка Лука писал, что тогда еще и не мыслил о монашестве, священническом служении, епископстве. На что архиепископ Лука сам ответит «неведомы нам пути жизни нашей вполне известны Всеведущему Богу, уже когда мы во чреве матери».

Пока Валентин Феликсович проводил огромную по объему, для одного человека, работу, в то же время, выполнял авторские уникальные по своему времени и технике операции. В 1915-16 годы войны с кайзеровской Германией был заведующим военгоспиталем для раненых.

В канун 1917 года Валентин Феликсович узнает о тяжелой, тогда еще не излечимой, болезни свой супруги - туберкулезе. После победы в большом конкурсе, Войно-Ясенецкий получает назначение главного врача городской больницы города Ташкента, куда он переезжает со своей семьей, уже в условиях начинающихся революционных событий в России.

Вскоре последовал первый арест Войно-Ясенецкого. Его, оперирующего хирурга, обвинили в оказании медицинской помощи раненным белогвардейцам по доносу одного из сотрудников медицинского морга, которого хотели уволить за нежелание работать и пьянство. Валентин Феликсович едва избежал расстрела, благодаря заступничеству за него одного из высокопоставленного бывшего своего пациента. Эти события имели тяжелые последствия для здоровья супруги Валентина Феликсовича, оно серьезно пошатнулось от тяжелых душевных переживаний, и она вскоре закончила свою земную жизнь. На помощь оставшемуся одному с четырьмя маленькими детьми в чужом городе пришла Веленская Софья Сергеевна - операционная сестра Валентина Феликсовича, которая приняла на себя попечение о детях, как могла, заменила им мать на все последующие годы гонений.

Валентин Феликсович являлся человеком церковным всегда. Как мог, регулярно ходил на церковные службы в собор, где у него, как он сам отмечает, было свое постоянное место. Как человеку не равнодушному, ему приходилось участвовать в диспутах в защиту Русской Православной Церкви. Осенью 1920 года правящий епископ, присутствующий на одном из таких собраний, где Войно-Ясенецкий произнес пламенную речь в защиту канонической Церкви, против живоцерковников, сделал Валентину Феликсовичу предложение: «Доктор, вам надо стать священником». На что Войно-Ясенецкий, с полным веры сердцем, дал свое согласие на рукоположение.

Валентин Феликсович прекрасно осознавал, что идет на неминуемые страдания и возможную физическую расправу, принимая священнический сан. Но Войно-Ясенецкий был непреклонным. Вскоре последовательно рукополагается в дьякона, священника. Это событие взбудоражило весь Ташкент. Ведь в тот период необузданного всплеска воинствующего атеизма, отдельные дрогнувшие церковнослужители отрекались от священства и Церкви, или переходили к обновленцам, тогда как уважаемый всеми хирург, профессор организованной и руководимой им кафедры топографической анатомии университета, рукополагается в иерея. Авторитет Войно-Ясенецкого был велик, он являлся всеми очень уважаемым. Не удалось его оболгать и сломить, несмотря на все яростные попытки не бывающих в недостатке кликуш. Валентин Феликсович с тем же упорством продолжил свою врачебную деятельность, и через короткое время тайно рукополагается в епископы.

Реакция богоборческой власти не заставила себя долго ждать. Последовала череда арестов, тюремных заключений, ссылок суммарной продолжительностью в долгих одиннадцать лет. Епископ Лука вступил на тяжелый путь гонимых за веру, повторил исповеднический подвиг древних защитников христианства. Во всех случаях вынесенных обвинительных постановлений, ограничивающих свободу, он всегда выполнял свой служебный дог, святительское и врачебное призвания исполнялись им всегда одновременно во всех самых нечеловеческих условиях. Безоговорочным служением Христу и страждущим, терпением и стойкостью он снискал венец святости.

Только осенью 1941 года, в результате личного ходатайства к М.И.Калинину, когда выросло число раненных войной, последняя ссылка была прервана. Постановлением правительства он был назначен главным консультантом госпиталей Красноярского края. По роду возложенных обязанностей ему приходилось переезжать из одного госпиталя в другой, несколько раз ежедневно выполнять самые отчаянные в техническом и прогностическом плане оперативные пособия. Одновременно он производит накопление, анализ уникальных наблюдений для последующего изложения в легендарных «Очерках» и других научных работах.

Срок назначенной ссылки заканчивается в 1942 году. Владыка Лука возводится в сан архиепископа и поставляется на Красноярскую кафедру. С продвижением фронта на запад, ближе размещаются и госпиталя. Так в 1944 году переводится хирург и Владыка Лука в Тамбов. Прибытие нового активного архиерея-профессора было сразу замечено. Отмечалось присутствие профессора в медицинских собраниях в архиерейском облачении, появление икон в помещениях военного госпиталя, заметное оживление церковной жизни. Последовали призывы курирующих Церковь органов к патриарху Сергию повлиять на архиепископа Луку. Стараниями владыки Луки в Тамбовской епархии к началу 1946 года было открыто 24 прихода и восстановлен Покровский храм.

Выдающиеся труды, опередившие время, «Очерки гнойной хирургии» и «Поздние резекции при инфицированных огнестрельных ранений суставов» достойно оценены советским правительством - Сталинской премией. Но и здесь Владыка Лука не изменил себе, большую часть денежных средств он отдал на нужды пострадавших от войны детей.

После победы в 1946 году Владыка Лука назначается на Крымскую кафедру. И там он, сколько мог, продолжил совмещать церковное служение с хирургическим и педагогическим призванием.

11 июня 1961 года последовала кончина святителя Луки в памятный день всех Российских святых. Проблемы были у власти во время проведения похорон от людского моря провожающих своего Владыку.

Владыка Лука был причислен к лику местночтимых святых в 1995 и 1999 годах в Симферопольской и Красноярской епархиях соответственно, а в 2000 году для общецерковного почитания. Святые мощи святителя Луки покоятся в Свято-Троицком кафедральном соборе г. Симферополя.

На настоящий момент известно о 52 храмах в честь святителя Луки (Войно-Ясенецкого) (в России - 42, Украине - 6, Белоруссии -2) в 38 епархиях Русской Православной Церкви, по одному храму в Чехии и Кипре.

Общества православных врачей России, Москвы, Санкт-Петербурга и Крыма носят имя святителя Луки (Войно-Ясенецкого). Красноярскому Государственному медицинскому университету присвоено имя профессора В.Ф.Войно-Ясенецкого. Многие улицы, парки городов России и Украины носят имя святителя Луки.

 

ЖИЗНЬ И ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ СВЯТИТЕЛЯ ЛУКИ

ПО ВОСПОМИНАНИЯМ СОВРЕМЕННИКОВ

О характере святителя Луки

Архиепископ Лука настойчиво просил не разделять в нем на части пастырское и медицинское служение на отдельные, параллельные, независимые друг от друга составляющие. Так при личной встрече с М.А. Поповским он говорил: «Если станете описывать мою жизнь, не пробуйте разделять хирурга и епископа. Образ, разделенный надвое, неизбежно окажется ложным».

О личных качествах характера святителя Луки в воспоминаниях современников присутствовали разные оценочные суждения, зачастую диаметрально противоположные. И это не удивительно, потому что большое видится на расстоянии, а делать выводы из отрывочных, ситуационно обусловленных воспоминаний, не вполне корректно. Но, тем не менее, для лучшего понимания этого феномена стоит перечислить различные отзывы. Из крайне отрицательных взглядов одни характеризовали В.Ф.Войно-Ясенецкого как высокомерного, самолюбивого, не уравновешенного, хвастливого, другие отмечали его замкнутость, некоторую суровость, характеризовали как человека, знающего себе цену и себе на уме, не посвящающего окружающих в свой внутренний мир.

Безусловно, подавляющему большинству окружающих святитель Лука представлялся всегда предельно уравновешенным, с передающимся окружающим спокойствием. По воспоминаниям хирургической сестры тамбовского эвакогоспиталя № 1106 Д.С.Лесных, сильно волновавшейся о предстоящей работе со знаменитым профессором, была приятно удивлена благодушным видом и поведением выдающегося хирурга. Войдя в операционную, он перекрестился сам и окружающих, мягко поинтересовался о готовности к операции. Сама операция прошла удивительно легко и четко. От совместной плодотворной работы персонал получил подлинное удовольствие. По завершении операции, Владыка Лука поблагодарил и благословил младший медицинский персонал. Его не видели без причины раздраженным или в гневе. Он запомнился человеком, говорившим спокойным ровным тоном, в тоже время был крайне редко веселым. Но, если он улыбался, по словам А.И.Бельяминович: «словно солнышко выглянет», всё радовалось ему в ответ. За внешней суровостью Владыки Луки скрывались доброта, внимание и искренняя любовь к людям.

Крайне полярные мнения о спокойном и добром владыке-докторе или представления о высокомерии и заносчивости архиепископа-профессора, складывались не только в различных служебных или бытовых ситуациях, но и интерпретировались разными лицами, занимавшими как непредвзятую, объективную, так и вынужденно идеологически непримиримую должностную или завистническую позицию. В свою очередь Владыка Лука, проповедуя духовную свободу, придерживался разных подходов к верующим и чиновникам, больным и богоборцам, старающимся труженикам и безответственным разгильдяям. Важно еще то, что Владыка Лука всегда был на высоте своего епископского достоинства, не угодничая перед сильными мира, что, безусловно, раздражало начальствующих, но и, в то же время, всегда давал понять окружающим, что его духовные заботы и попечения гораздо выше всяких мирских потребностей и дел.

В.Ф.Войно-Ясенецкий на всех этапах своей жизни всегда был примером двуединого служения. Окружающие с интересом замечали некий плавный переход, как временами берет верх одна ипостась, а затем без всякого напряжения, совершенно естественно ее сменяет другая. Так, невестка архиепископа Луки отмечает, что «в церкви свекор ходил медленно, походка его была величественна, движения благообразны. Но стоило ему переступить порог третьего корпуса, как он преображался. … Затянув на поясе халат, засучив рукава, он разом обретал хирургический вид».

Врачебная и научная деятельности

Земское самоуправление, распространившееся к 1905 году в 35 губерниях, подразумевало наличие собственных больниц. Земская система предусматривала оказание бесплатной медицинской помощи всем проживающим на закрепленной территории, независимо от их социального статуса и материального положения. В отличие от западного подхода, где население само оплачивало услуги частнопрактикующих врачей или клиник, что происходило и в более крупных российских городах. После окончания русско-японской войны, В.Ф.Войно-Ясенецкий выбрал именно земскую медицину, в системе которой работал в 1905-1910 годы. Безмездное служение больному врач Войно-Ясенецкий принял как послушание с самого начала своей профессиональной деятельности и пронес через всю свою жизнь. По всем свидетельствам он всегда отказывался от всех видов гонораров и благодарностей, несмотря на небольшое жалование, всегда не хватавшего на вольное содержание своей большой семьи. В своем письме к жене в 1914 году он писал, что в отличие от роскошно одетых университетских товарищей, встречаемых на улицах столицы, жалующихся на низкий частнопрактикующий заработок в 250-300 рублей в месяц, он носит пальто весьма ветхого состояния, что говорит о скудости достатка. Святитель Лука не жалуется, а лишь констатирует факт. Так же из своей зарплаты часть средств ему приходилось тратить на оборудование больницы и медицинскую литературу. В тоже время «доктор Войно-Ясенецкий, не раздумывая, брал самые сложные участки уже в начале своей врачебной деятельности с одной целью – не щадя себя помогать больным». В сам подход организации земств была заложена идея бескорыстного служения простым людям. В этом отношении земские врачи были сродни христианским подвижникам - бессеребренникам. Святитель Лука уже в начале самостоятельного жизненного пути сделал выбор бескорыстного служения страждущим.

Но и в крайне тяжелое для себя время, во время первой ссылки, помнил, что его медицинские знания и опыт везде и постоянно нужны людям. Так очень удивлен был просьбе ссыльного профессора-епископа заведующий енисейской больницей, воспринял как чудачество мотив, оперировать просто так, не за зарплату, а только что бы помогать.

По началу прибытия В.Ф.Войно-Ясенецкого в Красноярск отношение к нему горожан и медперсонала было недоуменным, периодически сам собой вставал вопрос: «Надо же, врач и поп». Сам владыка Лука аккуратно уходил от прямых разговоров на эту тему. Своих христианских воззрений активно никому не навязывал, как и в ташкентский период, по воспоминаниям Л.В.Ошанина, безнадежным безбожникам никогда ничего не проповедовал, считая их убогими, подобных дальтоникам не различающих цвета, к которым испытывал большее сострадание.

Как в земский, ташкентский периоды деятельности, так и в 1942 году во время работы в Красноярском эвакогоспитале, по свидетельствам многих очевидцев тех событий, профессор В.Ф.Войно-Ясенецкий так же брался за лечение самых тяжелых и безнадежных повреждений крупных суставов конечностей. Призывал осуществлять сортировку прибывающих в Красноярск раненных воинов так, чтобы непосредственно к нему поступали эти пациенты. Организовал и вел обучение медицинского персонала, читал лекции, показывал методические приемы хирургического вмешательства непосредственно в операционной, превращая операции в череду непрерывной передачи живого опыта.

В воспоминаниях очевидцев имеются описания единичных ситуаций, в которых врач В.Ф.Войно-Ясенецкий уклонился от оказания медицинской помощи. Эти редкие случаи имеют больше воспитательное значение, чем являются действительным отказом в проведении объективно необходимых лечебных мероприятий. Так В.Г.Монина оказалась участницей приема, на котором пациент сознался: «Я ломал церковь в Шиле, мне в глаз попала стружка». «А! – воскликнул Валентин Феликсович. – Ну, тебя Бог наказал, я тебя лечить не буду!».

Ранее, бывший в 20-х годах, широко известный случай, описанный профессором Л.В.Ошаниным, и в воспоминаниях других очевидцев ташкентского периода жизни будущего святителя, когда профессор В.Ф.Войно-Ясенецкий, еще до принятия священнического сана, имел обыкновение и внутреннюю потребность перед началом каждой операции осенять себя крестным знамением на икону, много лет прибывавшую в операционной. В.Ф.Войно-Ясенецкий категорически отказался оперировать привилегированную пациентку, пока ревизионная комиссия не вернет изъятую икону на свое законное место.

По воспоминаниям начмеда госпиталя Н.А.Бранчевской, здесь, в сибирской ссылке, непосредственно в операционной, где работал профессор, икон уже не было. Во всех медицинских учреждениях, тем более экстренной направленности, рабочая атмосфера царит всегда собранная, динамичная, деятельная. К удивленному недоумению новичков, случайных свидетелей и слушателей краткосрочных курсов профессор В.Ф.Войно-Ясенецкий несколько нарушал этот привычный ритм тем, что без всяких ритуальных действий, как казалось наблюдателям, неадекватно ситуации, надолго замирал во внутреннем сосредоточении, в присутствии готовой к операции хирургической бригады. Ход дальнейшей операции повергал в восторг и новичков и именитых хирургов быстротой, виртуозностью и масштабностью при минимальной кровопотере, что с лихвой компенсировало предоперационную «молитвенную задержку» хирурга.

Служение Богу и людям - главный лейтмотив жизни В.Ф.Войно-Ясенецкого. Его плодотворная хирургическая работа не была способом заработка, его научная деятельность и всемирное признание не использовались как средство занятия весомого места в обществе или удовлетворения собственных амбиций, а являлись подлинным бескорыстным служением людям.

Священническое служение

С принятием священнического сана святитель Лука всегда совмещал оба служения. Следующий пример никоим образом не свидетельствует о расставленных приоритетах в служении святителя Луки, а лишний раз подтверждает важность заботы о страждущем, является проявлением любви. «Ибо не любящий брата своего, которого видит, как может любить Бога, Которого не видит?» (1Ин. 4:20). Несмотря на большую занятость, трудности, он сам считал своим долгом и призывал всех явиться по первому требованию в больницу при вызове в неурочное время, любые выходные и праздничные дни, днем или поздней ночью. По воспоминаниям доктора Левитануса в случае необходимости консультации или вмешательства профессора, даже если были большие церковные праздники, и Владыка был занят на богослужении, за ним высылали машину, он поручал завершение богослужения другим священникам, а сам незамедлительно отправлялся в лечебное учреждение.

В канун Пасхи 1943 года В.Ф.Войно-Ясенецкий получил сан архиепископа Красноярского края. Но он мог лишь еженедельно проповедовать в единственном в округе Николаевском поселковом храме, не имея архиерейского облачения. Не мог служить даже священническим чином. Партийный чиновник, один из организаторов региональной научно-практической конференции врачей в Новосибирске, вдохновленный докладом и встречей архиепископа-профессора, способствовал приобретению необходимого для архиерейского саккоса материала. В новосибирском облздравотделе произошел эпизод с отрезом парчи, поразивший окружающих и жизнеописателя М.А.Поповского, как им казалось неадекватной требовательностью приобретения и восторгом святителя Луки от получения куска ткани. Атеистически настроенным врачам, профессорам и чиновникам невдомек православное сознание святителя. Эта радость была не просто от подаренной ткани, а от понимания этого события как Божьего промысла в открывшейся возможности после многолетнего перерыва совершать богослужения, в том числе и предстоящее Пасхальное, в облачении подобающем торжественности момента.

Владыка Лука проявлял и незаурядную житейскую мудрость. Так, по воспоминаниям хирурга В.Н.Зиновьевой, во время красноярской ссылки, работая в эвакогоспитале № 1515 в канун визита инспектора, отличающегося рьяными атеистическими воззрениями и коммунистическими требованиями, Валентин Феликсович, чтобы сгладить гнев от вида икон в его кабинете, раздобыл и установил портретик вождя на своем рабочем столе. На недоуменный вопрос «как у вас все это совмещается», заметил, что «идеи христианства и идеи марксизма-ленинизма похожи, тем, что они хотят добра народу». В.Н.Зиновьева так же отмечала некоторую двойственную противоречивость положения ученого и архипастыря Луки, от которой он, конечно же, испытывал неудобства. Не в смысле близкого расположения святого образа и портрета вождя, а в смысле абсурдности того положения, в котором вынужден находиться, когда официальная широкомасштабная идеология пропагандирует отрицание наукой религиозных истин и ценностей, что явно противоречило убеждениям святителя. Разумеется, он не мог постоянно отстаивать правоту своих взглядов и наставлять на них окружающих, от чего больше и страдал. Но всегда находил способ и возможности оставаться собой, тем самым благотворно воздействовал на окружающих.

Святитель Лука получал большое количество писем, проанализировав их, сам делает вывод: «Очень многие говорят и пишут, что я оживил их духовно, возродил к новой жизни.…что, как ни высока моя медицинская деятельность, но архиерейская неизмеримо важнее. Я и сам так думаю».

Примеры взаимодействия двух служений

Невозможно провести границу в двуедином врачебном и священническом служении святителя Луки. Исповедуя человека в храме или проводя духовную беседу, в случае необходимости, владыка Лука мог дать и рекомендации медицинского характера и назначить лечение. И наоборот, выполняя непосредственные врачебные обязанности, он давал и советы духовного плана. Всегда имел ввиду и призывал других видеть неразрывную цельность человеческой природы и необходимость врачевания и тела, и души.

Так, исповедуя раненного врача, колеблющегося в вопросах веры, внимательно вникнув в тонкости и обстоятельства прожитой жизни, дал советы и духовного плана, и рекомендации устройства дальнейшего быта, посоветовав переехать на постоянное место жительства в сельскую местность, не забыв осмотреть искалеченную войной ногу, сделал назначения медицинского порядка по дальнейшему лечению. Эта встреча произвела на врача судьбоносное значение, определив его дальнейшую христианскую приверженность.

В повседневной деятельности святителя Луки исповедничество и медицинское служение слились воедино. Так жительница Большой Мурты В.Г.Монина рассказывает, что в то богоборческое время все просто опасались упоминать Бога, а ссыльный профессор никогда не боялся внушать больному: «Если веруешь, молись. Все возможно верующему. Молись – и будешь жив».

Владыка Лука свой врачебный талант считал божественным дарованием. Казавшееся невозможным он выполнял с виртуозной четкостью, что трудно объяснить одним врачебным искусством и навыком. В поздний крымский период Владыка был ограничен в практической медицинской деятельности и здоровьем, и резко категоричной позицией медицинской администрации, что не мешало ему исцелять больных без операций. Тому есть не мало свидетельств. Конечно же часть из них можно объяснить предшествующими диагностическими ошибками, часть - самовнушением, а часть излечений не сможет найти рационалистические объяснения. Потенциально инкурабельные больные просили только его присутствия на операции. В последние годы он излечивал одним благословением: «Вот вам лекарство: во имя Отца и Сына и Святого Духа!», - так напутствовал одну женщину.

И это должно считаться больше естественным, чем неожиданно случайным. Ведь необходимо помнить, что раньше первые больницы не просто находились в непосредственной близости от монастырей, а являлись их неотъемлемой частью, где врачевание физических и душевных заболеваний вели одни и те же духовные лица. С некоторой осторожной надеждой можно заметить, что признаками духовного оздоровления российского общества можно считать появление в настоящее время больничных храмов и часовень.

Повседневная жизнь, и врачебная, и научная деятельности имели цель - непрестанную проповедь о Боге. Для этой проповеди святителю Луке мог подойти любой формальный повод. Он ведет душеспасительную беседу, узнав о смерти неаккуратно застуженного санитаркой своего ребенка. Он мог и, прогневавшись, произнести проповедь, отчитывая нерадивый медицинский персонал. Мог должностному лицу, проводя лечение, внушать уверенность необходимости в перемене жизни и отношения к Богу. Намного опередив развитие биоэтики, Владыка Лука никогда не скрывал от пациентов тяжести состояния и надвигающейся скорой кончины, с целью предоставить возможность человеку по-христиански закончить свои дни, подготовиться к смерти, принести покаяние, причаститься. В.Ф.Войно-Ясенецкий сам всегда боролся за жизнь человека до конца, пока была надежда на облегчение страданий. Вразумлял тех врачей, которые под предлогом тяжести состояния пациентов позволяли себе высказываться по поводу бесполезности лечения или формально выполняли медицинские манипуляции безнадежным больным. Но, были случаи, когда просил «не мешать» отходу души обреченного, а сам подолгу стоял у постели умирающего воина и молча творил молитву.

Святитель Лука явился примером подлинного посвящения всего себя Богу, проявившегося, в том числе и в бескорыстной помощи и заботе о больном человеке. «Как Христос в окружении разбойников и блудниц искал живые души, так и епископ Лука не переставал лечить и проповедовать в самых невозможных условиях». В этом смысле два служения действительно нераздельны, одно является продолжением другого. Равно как и мы призваны к тому же, совместить в своей жизни два служения Богу и ближнему. «Но вы - род избранный, царственное священство, народ святой, люди, взятые в удел, дабы возвещать совершенства Призвавшего вас» (1Пет. 2:9). Тем самым и мы призваны выполнить задачу своего бытия.

 

НАУЧНЫЕ ТРУДЫ ПО МЕДИЦИНЕ

Общий обзор

Еще в студенческие годы В.Ф.Войно-Ясенецкий проявлял интерес к морфологическим дисциплинам, чему способствовало его художественное восприятия красоты формы. По окончании Киевского университета, однокашники и профессура прочили ему большую научную карьеру, но он выбрал путь бескорыстного служения на ниве земской медицины.

Жажда научно-исследовательского творчества, открытий новых способов хирургических пособий сопровождала будущего святителя сразу с начала его самостоятельной медицинской деятельности. С уверенностью можно сказать, что его лечебная работа всегда имела научно-практическую направленность, он всегда учился сам и учил других. Ю.Л.Шевченко приводит высказывание В.Ф.Войно-Ясенецкого: «Обещаю… изучать врачебную науку и способствовать всеми своими силами ее процветанию, сообщая ученому свету все, что открою». У него многое блестяще получалось, и он хотел поделиться своим опытом с другими. Известный отзыв одного из оппонентов докторской диссертации будущего святителя Луки профессора Мартынова, «..когда я читал Вашу книгу, то получил ощущение пения птицы, которая не может не петь», можно отнести ко всем научным трудам, всему научному творчеству святителя.

Всего им было написано около 60-ти научных трудов. О разносторонних изыскательских интересах ученого свидетельствует уже беглый взгляд на одни названия основных его научных работ: «Невроматозный элефантиаз лица, плексиформная невринома» (1908г.), «Случай ретроградного ущемления кишечной петли в паховой области» (1908г.), «Регионарная анестезия при операциях шеи, языка и верхней челюсти» (1909г.), «Кровяная саркома ребра» (1910г.), «Об оперативном лечении переломов позвоночника» (1910г.), «Отчет о хирургической работе Романовской участковой больницы за 1909-1910гг.», «К казуистике оперативного лечения опухолей мозга» (1914г.), «Регионарная анестезия» (1915г.), «Артротомии при гнойных воспалениях больших суставов» (1924г.), «Очерки гнойной хирургии» (1934г.), «Наш опыт лечения огнестрельного остеомиелита в госпиталях глубокого тыла» (1943г.), «Поздние резекции при инфицированных огнестрельных ранениях суставов» (1944г.), «О раневом сепсисе» (1945г.) и многие другие. Достаточно рано появились публикации в иностранных медицинских журналах. По воспоминаниям начмеда эвакогоспиталя 1515 Н.А.Бранчевской, Наркомздрав запросил список научных работ В.Ф.Войно-Ясенецкого. Валентин Феликсович к назначенному сроку подготовил список, который занял три листа рукописного текста выполненного мелким аккуратным подчерком. Среди работ были труды на английской, французском и немецком языках.

Главными монументальными научными трудами В.Ф.Войно-Ясенецкого являются «Регионарная анестезия», «Поздние резекции при инфицированных огнестрельных ранениях суставов» и «Очерки гнойной хирургии».

«Регионарная анестезия»

Великий русский хирург Н.И.Пирогов развил метод общего обезболивания, применив его в военно-полевых условиях. Но, оставались риски его применения, которые могли возникнуть из-за технического аппаратного несовершенства, сложности дозировки токсических наркозных средств, где больше приходилось полагаться на личный опыт и интуицию анестезиолога. Небольшое количество персонала вообще и квалифицированного в вопросах общего обезболивания ограничивало его широкое распространение. В земских больницах, как правило, есть только один врач-хирург, который должен был и оперировать, и следить за ведением наркоза. К тому же, зачастую получалось так, что опасность от дачи наркоза могла многократно превышать риск самой операции. Поэтому земские врачи применяли его с большой неохотой.

Преимущества местного и проводникового обезболивания кроме безопасности еще в том, что при адекватной анестезии, врач-хирург может больше не отвлекаться на вспомогательные пособия, а быть целиком посвященным ходу операции. При выполнении методик проводниковой анестезии надо в совершенстве знать анатомию и топографию нервов, что «составляет первейшую обязанность каждого хирурга».

Разработанный способ блокады седалищного нерва, был приоритетным в стране и в мире. Ведущий на тот момент мировой специалист в этой области Г.Браун вообще считал блокаду седалищного нерва технически невозможной.

Поэтому работа «Регионарная анестезия» была очень высоко оценена современниками. Так, Варшавский университет назначил премию имени Хайнацкого с формулировкой «за лучшие сочинения, пролагающие путь в медицине». Один из способов блокады седалищного нерва и по ныне сохраняет название от его автора, носит имя Войно-Ясенецкого.

Феномен боли в жизни человека не однозначен. С одной стороны она сигнализирует о каком-то неблагополучии в организме и необходимости принятия срочных мер. С другой стороны она чаще избыточна и не оправдано изматывает человека, является самостоятельной причиной невыносимых страданий. Если с физической утратой или с не фатальным снижением функции органа еще как-то можно мириться, приспособиться, то боль может превратить жизнь в сплошное мучение с которым, невозможно смириться. От того и боязнь не столько медицинской процедуры, сколько связанной с ней боли. Да, и вообще страх от ожидания появления неминуемой неcтерпимой боли является одним из главных поводов для беспокойств.

Этот выбор научных изысканий будущего святителя не явился случайным, а был продиктован пониманием значения поиска средств борьбы с невидимым, но неумолимым врагом - болью, был обусловлен христианским состраданием и искренним желанием помочь страдающему человеку.

«Очерки гнойной хирургии»

О важном и выдающемся значении «Очерков гнойной хирургии» для Российской и мировой медицинской науки уже много было сказано, продолжает говориться, и будет повторяться лучшими представителями медицинской мысли и практическими врачами. Ни одна серьезная публикация, посвященная вопросам гнойной хирургии, не выходит в свет без упоминания этого фундаментального труда святителя Луки.

Президент Национального медико-хирургического Центра имени Н.И.Пирогова, академик РАМН Ю.Л.Шевченко, в статье «Святые целители и врачи» делает обзор исторических личностей служивших людям двояким образом, священническим и врачебным. В статье делается однозначное заключение о том, что труд В.Ф.Войно-Ясенецкого «Очерки гнойной хирургии» доныне оказывается не только ведущим практическим руководством студентов в сфере клинической анатомии, но и буквально настольной книгой для нескольких поколений хирургов.

Профессор и архиепископ Лука (Войно-Ясенецкий) с большим избытком заложил основные принципы гнойной хирургии: это широкое вскрытие очага нагноения, адекватное обезболивание, тщательная остановка паренхиматозного кровотечения, послеоперационный покой пораженного органа.

Из выше изложенного понятно, почему этот труд, выдержал большое количество изданий, дополняясь при жизни самим профессором (1934, 1946, 1956 гг.), и издателями другими трудами святителя (1995, 2000, 2006, 2011 (Афины, на греческом языке), 2016 гг.). Из биографии святителя известно, в каких тяжелейших жизненных обстоятельствах, вопреки всему он продолжал работу над своей монографией. По меткому выражению М.В.Козовенко «… работа над вторым, переработанным и дополненным издание «Очерков…» приобретает характер религиозного служения, обличенного в форму спасения больных и облегчения страданий».

Выдающиеся труды, опередившие время «Очерки гнойной хирургии» (издание 2-е) и «Поздние резекции при инфицированных огнестрельных ранениях суставов» достойно оценены советским правительством, Сталинской премией (январь 1946г.). Академик РАМН Ю.Л.Шевченко считал, что «высокий церковный сан видного хирурга в те времена скорее препятствовал, чем способствовал награждению такой государственной наградой. … награждение архиепископа … свидетельствовало о практической значимости монографии профессора Войно-Ясенецкого, одна из которых даже не была опубликована (издание 2-е), существенно перевесила субъективные доводы, направленные против его кандидатуры».

«Очерки гнойной хирургии» написаны безупречно красивым русским языком, повествование льется как песня, как стих, завораживает, в тоже время, согласуясь с серьезностью описания, сразу вводит в суть проблемы за счет нарастающего ощущения личного присутствия и сопереживательного участия. Читая «Очерки», совершенно не кажется недостающим стиль современного наукообразного изложения.

Кроме выдержанной безупречной методичности через всю монографию красной нитью проходит деонтологический принцип. Святитель укоряет широко повсеместно распространенную черствость, которая прикрывается первостепенной важностью или неотложностью медицинских манипуляций. Когда при поспешной активности, безусловно, необходимой заботе о телесном недуге, пренебрегается главное, забывается весь человек в его неразрывной связи душевной и телесной составляющих. Это ярко видно из строк: «Приступая к операции, надо иметь в виду не только брюшную полость, а всего больного человека, который, к сожалению, так часто у врачей именуется «случаем»…». Сам тон и характер повествования пронизан неподдельной христианской любовью и заботой о страдающем человеке. Святитель призывает в первую очередь проявить внимание об облегчении душевного волнения: «Человек в смертельной тоске и страхе, сердце у него трепещет не только в прямом, но и в переносном смысле». Затем он подробно говорит непосредственно о последовательности и объеме действий: «Поэтому не только выполните весьма важную задачу подкрепить сердце камфарой или дигаленом, но позаботьтесь о том, чтобы избавить его от тяжелой психической травмы: вида операционного стола, разложенных инструментов, людей в белых халатах, масках, резиновых перчатках — усыпите его вне операционной. Позаботьтесь о согревании его во время операции, ибо это чрезвычайно важно».

Да, в научно-практических медицинских трудах профессора В.Ф.Войно-Ясенецкого нет слов о Боге, о христианской вере, диктующих именно то, о чем он говорит. Этих упоминаний, конечно же, не могло быть. В противном случае эти труды были бы просто не приняты к публикации. Но внимательный читатель чувствует их необходимое присутствие, видит их между строк, понимает, что книга написана искренне и глубоко верующим человеком.

Неслучайно, что, начиная с пятого издания (2000г.), сборник объединяет в один корпус и «Очерки», и религиозно-философское эссе «Наука и религия». Отрадно, что для современного научного общества это объединение совершенно не кажется противоречивым, а вполне оправдано и логично. Оправдано не как печатный памятник святителю Луке, а как признание его правоты.

 

БОГОСЛОВСКИЕ ТРУДЫ СВЯТИТЕЛЯ ЛУКИ

Общая характеристика

Святитель Лука оставил для нас относительно небольшое по объему, но богатое духовно-богословское наследие. Большей частью оно представлено проповедями и духовными беседами, около 1250, произнесенными Владыкой Лукой за 38 лет священства в разных местах своего служения. Об этом он сообщает в своем ответном письме профессору П.П.Царенко на коллективные студенческие недоумения по поводу его священства, и в заключение добавляет, что «Очерки гнойной хирургии» вышли из под пера епископа. Часть проповедей была записана и распечатана верными чадами. Это три машинописных тома симферопольских и том тамбовских проповедей, числом семьдесят семь, переданных Владыке по отъезду из Тамбова в Симферополь. Какая-то часть их отредактирована Владыкой Лукой и передана в Московскую Духовную Академию на 4500 страницах машинописи, охарактеризованных Советом как «исключительное явление в современной церковно-богословской жизни» и «сокровищницей изъяснения Священного Писания». За этот богословский вклад архиепископ Лука был избран почетным членом Московской Духовной Академии. В общей сложности до нас дошло порядка 750 проповедей и бесед святителя Луки, печатающихся в различных сборниках.

В годы Великой Отечественной войны и по ее завершению архиепископ Лука (Войно-Ясенецкий) пишет ряд полемических статей, печатающихся в журнале Московской Патриархии: «Кровавый мрак фашизма» (1943 г.), «Праведный суд народа» (1944 г.), «Памяти Святейшего Патриарха Сергия» (1944 г.), «Бог помогает народам СССР в войне против фашистских агрессоров» (1944 г.), «Слово на второй день Пасхи на литургии» (1945 г.), «Возмездие совершилось» (1946 г.), «Слово в великую пятницу» (1946 г.), «К миру призвал нас Господь» (1947 г.).

Широкую известность получили богословские труды архиепископа: «Дух, душа, тело» (1947 г.) и «Наука и религия» (1954 г.). Обе работы являются трудами с ярко выраженной апологетической направленностью, одухотворенно философско-теологическими произведениями.

В начале 20-х годов Валентин Феликсович, с принятием сана отец Валентин, активно участвовал в качестве защитника Православия в специально устраиваемых властью публичных диспутах, с целью дискредитации Церкви. Главным аргументом агитаторов были разные и несомненные достижения естественных наук, ставивших под сомнение, как им казалось, существование Бога. Выдающийся врач-профессор и священник всегда выходил не оспоренным победителем, уже тем сводя на нет, а то и обращая в противоположный знак, реакцию от цели организаторов, свободно оперируя самыми известными именами ученых и их современными достижениями во всех областях знания. Этот урок он хорошо усвоил и никогда не оставлял размышлений о взаимоотношении религии и науки на всех «этапах» и кратких периодах относительных свобод. Работа над эссе «Дух, душа, тело» продолжалась долгие годы с начала первой ссылки святителя и закончилась в 1945-1947 годах, а системное изложение «Наука и религия» к 1954 году. Святитель Лука предпринял попытку доказательства возможности сочетания религиозных и естественнонаучных взглядов на основные философские вопросы, возможности их соединения. В решении задачи построения «цельного знания» он явился последователем В.Соловьева, на новом, более совершенном уровне. Особенно примечательно то, что труд «Наука и религия» впервые официально опубликован в одном сборнике совместно с «Очерками гнойной хирургии» в 2000 году.

Некоторые богословские размышления архиепископа Луки православные богословы не поддерживают, они остаются частным богословским мнением Святителя. По мнению прот. Олега Митрова: «такое особое восприятие проблемы было связано с большим естественно-научным опытом Владыки-хирурга, и поэтому этот подход возобладал над традиционным богословским подходом к вопросам антропологии».

На этом примере видно как, врачебная и научная деятельность наложили отпечаток на богословские воззрения Святителя Луки. В то же время, значимость богословского труда такой направленности, граничащей с естественнонаучным знанием, много возрастает от того, что их автор является доктором медицины, лауреатом Сталинской премии. Авторитетность его мнения кажется значительно весомей, чем, даже если бы его написал человек более искушенный в богословских дисциплинах.

Идеи святителя Луки, бисером рассыпаные по всему его богословскому творчеству, отчасти изложенные в труде «Дух, душа и тело», не являются чисто теоретическими, а имеют широкую практическую направленность. По мнению академика РАМН, директора Института ментальной медицины П.И.Сидорова: «Святителя Луку можно назвать подвижником психосоматической медицины, показавшим на множестве клинических примеров многоаспектное взаимодействие Духа, души и тела». Психосоматические взаимодействия являются одними из проблемных вопросов современной медицины, изучение которых, вынуждено привлекать одновременное участие представителей разных областей медицины, физиологии, неврологии, психологии, а так же ученых из других не смежных наук, как педагогика, философия и богословие.

«Дух, душа и тело»

Вся работа выдержана в напряженно полемичном тоне. Архиепископ пишет, что уже ставшие привычными физические представления о материи и энергии, не вполне согласуются с современными научными открытиями в области квантовой механики, радиоактивности, электромагнитных излучений и полей, а так же с теорией относительности Альберта Эйнштейна. Это дает «… нам право предполагать и даже утверждать, что в мире существуют другие, неведомые нам формы энергии, может быть еще гораздо более важные для мира...». По мнению святителя это есть энергия божественной любви, которая инициирует появление всех известных нам и еще неоткрытых форм энергии и материи.

Не лучше обстоит дело с материалистическими попытками использовать достижения в области физиологии в доказательстве своей правоты. Учение академика И.П.Павлова о высшей нервной деятельности атеисты хотели поставить себе на службу. Но, архиепископ Лука, приводя размышления философа А.Бергсона, что «мозг не что иное как, нечто вроде центральной телефонной станции, … Он ничего не прибавит к тому, что получил», со всей очевидностью показывает, что учение Павлова и самое антиматериалистическое философское учение А.Бергсона имеют полное согласование.

Святитель Лука подробно рассматривает сердце человека, как орган высшего чувства, в отличии от высокоорганизованного анализатора субъективных ощущений, которым является центральная нервная система. С позиции врача он говорит о сложной иннервации сердца с одной стороны, с другой - о его моментально готовом ответе и предустановке его на многие жизненные обстоятельства. В подтверждение этого приводит множество описанных фактов сверхестественной передачи информации, предчувствия людей и общения «неведомого нам трансцендентального мира», которые не могут быть объяснены с позиции научных знаний. Главная же задача сердца это высшее познание, о чем свидетельствуют большое количество мест Священного Писания, в которых говорится о сердце, как о главном центре чувства, Богообщения и Богопознания. Он пишет, что о «благодатных воздействий Духа Божия на сердце говорят многие подвижники благочестия».

Основной раздел труда посвящен описанию взаимосвязанного участия духа, души и тела в трехчастном устроении природы человека, сторонником которой являлся архиепископ Лука. Святитель Лука пишет, что «душу можно понимать как совокупность органических и чувствительных восприятий, следов воспоминаний, мыслей, чувств и волевых актов, но без обязательного участия в этом комплексе высших проявлении духа, не свойственных животным и некоторым людям. О них говорит апостол Иуда: Это люди … душевные, не имеющие духа (Иуд. 1:19)». Говоря о тварной вечности, логическим продолжением этого положения является утверждение того, что «бессмертен дух, который …, может существовать без связи с телом и душой».

Говоря о памяти, архиепископ Лука, сомневается в возможности нейронов в их временной функциональной ассоциации сохранить все прожитые воспоминания вплоть до мельчайших деталей, включая эмоциональные аспекты и чувственные ощущения, а носителем такой памяти может явиться только дух.

Владыка приводит согласованную оценку многих философов и парапсихологов Платина, И.Канта, Ш.Риша, Мауэра О.Лоджа, «сущность этого заключения можно свести к тому, что дух человеческий имеет общение с миром трансцендентальным, вечным, живет в нем и сам принадлежит вечности».

В соответствии с памятью духа, его приобретенной устремленностью будет зависеть и посмертная участь личности, ее надо понимать так, что «после освобождения от тела, (дух праведников) получает возможность беспредельно развиваться в направлении добра и Божественной любви … . А мрачный дух злодеев и богоборцев в постоянном общении с дьяволом и ангелами его будет вечно мучиться своим отчуждением от Бога … .». И в этом никак нельзя винить Бога, это сознательный свободный выбор кратковременной человеческой жизни. Бог не попирает, не нарушает свободны личности, а предоставляет возможность самоопределения.

«Наука и религия»

Святитель Лука уже в предисловии к своей работе «Наука и религия» указывает на существование трех категорий людей по характеру отношения к этим двум областям человеческой культуры и сочетания их в своем мировоззрении. Массово крайнее разделение в умах, которые безоговорочно принимают одно и отрицают другое, приводит, в том числе и к не строению в русском обществе. В этом он согласуется с мнением известного представителя русской философской мысли М.А.Бердяева.

Другой русский философ В.С.Соловьев считал, что если исследователь опирается на нравственные принципы, то уходит почва для конфронтации между наукой и религией. Он видит задачу христианства в том «чтобы по истинам веры преобразовать жизнь человечества». В соответствии с этим указывает на значение нравственных, христианских предпосылок в развитии человеческого общества «… Нельзя же отрицать того факта, что социальный прогресс последних веков совершился в духе человеколюбия и справедливости».

Владыка Лука всегда широко интересовался философией. В его домашней библиотеке труды Бердяева, Соловьева, Франка занимали большое место. По воспоминаниям внучатого племянника Ю.Н.Сидоркина архиепископ Лука часто обращался к 7-томнику Соловьева.

В своих богословско-философских изысканиях Святитель Лука сделал попытку выяснения соотношения религиозного и научного опытов. Архиепископ предпринял это, как и другой советский профессор Н.Н.Фиолетов поднял схожие вопросы в работе «Очерки христианской апологии», в условиях гонения на набиравшую силу дискуссию между богословием и естествознанием, последовавшего за октябрьскими событиями. В тоже время, В.Ф.Войно-Ясенецкий предпринял не просто умозрительные попытки возможности совмещения веры и знания, но и практически реализовал на своем жизненном пути научную и религиозную деятельности.

Святитель Лука утверждал, что оптимальное мировоззрение достигается только тогда, когда человек одновременно испытывает влечение и к науке, и к религии, стремится обрести гармонию и согласование в этих потребностях своей души. В эссе «Наука и религия» он формулирует эти понятия. Святитель Лука пишет, что «Наука – есть система достигнутых знаний о наблюдаемых нами явлениях действительности. … не случайный набор знаний, но стройное, упорядоченное сочетание». Религия в широком смысле это отношение к Абсолютному. «Говоря же положительно и по существу, религия – есть общение с Богом (воссоединение)».

Согласно данным формулировкам эти понятия мало сопоставимы, но далеко не противоречивы, так как описывают они разнородное. Чтобы взгляды науки и религии на действительность могли быть сопоставлены, необходимо найти их общую плоскость соприкосновения, в которой будет произведено сравнение. Таковой, по мнению архиепископа, для обеих категорий является познавательная способность человеческого разума. Святитель Лука проводит сравнение этих взглядов на действительность, насколько они согласуются друг с другом.

Основополагающими христианскими положениями о реальности является то, что только Бог действительно существует, и только в Нем все имеет свое бытие, «Христос действительно Богочеловек, который был распят и воскрес и придет снова на эту землю. Душа человека имеет личное бессмертие». Святитель Лука утверждает, что эти христианские постулаты не противоречат основным постулатам науки, «потому, что все эти положения касаются сущностей, которые лежат вне компетенции науки, а не явлений, которые ей доступны».

Святитель замечает то, что люди всегда желают ведать сверх объяснений современного им научного знания. Во многих современных философских воззрениях стало аксиомой Кантовское утверждение того, что человеческий разум равно не способен опровергнуть или доказать бытие Бога, бессмертие души и свободу воли.

Человеческая природа, безусловно обладающая определенными духовными возможностями, способна действовать гораздо шире. Очевидно, что эти внутренние способности человека, наука, несмотря на соблазн, совершенно не способна использовать, потому что они находятся вне ее прерогатив. В соответствии с этим автор делает заключение, что «знание больше, чем наука».

Святитель делает попытку объяснить наличие большого количества противоречий, накопившихся в ранний период развития естествознания. Эти противоречия традиционно приписываются религиозным предубеждениям, но на самом деле к христианству никакого отношения они не имеют. Противоречия возникают в недрах самой науки в процессе ее развития, на этапе формирования гипотез и предположений отдельных ученых, с последующим опровержением полученными новыми знаниями, часто не согласующимися со старыми представлениями. Причина ряда разногласий кроется в том, что позиции отдельных ученых формируются не столько на основе объективных данных, сколько на личных предубеждениях, особенно касающихся процессов и явлений, лежащих за пределами чувственного восприятия. «Так называемый «научный» атеизм действительно противоречит религии, но он есть лишь предположение некоторых образованных людей, недоказанное и недоказуемое».

Следует отметить интересную особенность самого термина «вера». Сегодня он употребляется и понимается гораздо шире, чем исключительно в религиозном значении. В современных точных научных дисциплинах и философии есть большое количество аксиом, которые полагается принимать без доказательств. Применительно к понятию научной веры Святитель Лука говорит, что «… именно вера сообщает силу знанию. Знание без уверенности в нем…- мертвое сведение».

Святитель Лука выделяет еще причину взаимного непонимания научной и религиозной частей общества – фанатизм. В среде обоих представительств, встречаются лица, для которых их собственное мнение гораздо дороже истины. Они могут просто упорствовать, а могут, что гораздо хуже, для подтверждения своей правоты представлять ложные доказательства. Подобного рода упорства делают невозможным диалог с противоположной стороной.

Следующей немаловажной причиной рассогласованности взглядов является неточное понимание книг Священного Писания и самого смысла христианства. Зачастую, со стороны недобросовестных оппонентов, наблюдается приписывание позиции Церкви своих же научных теорий и исторических заблуждений. Ранее широко обсуждаемые идеи геоцентризма, гелиоцентризма, которые совершенно не имеют поддержки в Священных текстах. «Библия учит о теоцентризме … . Библия учит не о физическом, а о метафизическом центре Вселенной…».

Религия в узком смысле, как внутренне делание, не противопоставляясь науке, указывает верный путь, неотвратимо приводит к себе. Наука через промежуточные этапы сбора, хранения, осмысления полученных результатов, эксперимент, постоянно находится в движении, но не всегда в правильном, приближающем к истине направлении. Конечная цель всех научных исследователей открыть и владеть тайнами мироздания. Эта конечная цель науки постепенно приближается к религиозной цели – первопричине всего бытия. «Наука приводит к необходимости разумного смысла жизни, какого-то высшего назначения жизни. Религия отвечает – это Бог».

Нравственная оценка должна являться обязательным критерием истинности самих научных исследований, их конечных задач и целей. Наука же, изучая мир, его естественные законы, сама пытается сформулировать нравственные нормы и каноны, действующие в интересах сохранения самой жизни, для предотвращения разрушения, для улучшения нашего существования. Но Церкви эти нравственные законы уже давно известны, они даны самим Богом. Церковь сообщает об этом миру в своем учении, и рекомендует поступать согласно слов апостола Павла «Все испытывайте, хорошего держитесь» (1Фес. 5:21). Святитель Лука подтверждает: «Только религия дает нравственным нормам нормальную, абсолютную санкцию, и только тогда они (нравственные нормы) являются не относительными, но абсолютными заповедями Бога».

Безусловно, истинная религия является движущей силой для науки, стимулируя исследовательский порыв, через любовь к природе и человеку, просвещает его светом вечного смысла. Для исследователя и верующего общими оказываются такие важные качества как самоотверженность, трудолюбие, смирение, которые необходимо развивать в себе. «Студент-христианин – делает заключение святитель Лука - явление вполне естественное, нормальное, как это ни кажется странным традиционно мыслящему студенчеству, которое считает религии уделом отсталых людей и боится, что религия не совместима со свободной мыслью».

Вера, не подкрепленная истинными знаниями - это слепая вера, является началом фанатического отстаивания своих предубеждений, легко может умело быть направлена на борьбу с чем угодно. Только в неразрывной связи, в содружестве знания и веры открываются широкие перспективы для научного творчества.

Проповеди святителя Луки

Пастырское служение святителя Луки выпало на годы воинствующего атеизма с небольшими периодами ослабления гонений на Церковь. Во все годы его священства на государственном уровне была запрещена проповедь о Христе за стенами храма, так называемые религиозная пропаганда и агитация. Даже в храме священники не могли свободно нести евангельскую проповедь. Но святитель Лука не мог молчать, не мог приглушать слово Божьей правды. Он произносил со своей кафедры проповеди явно апологетического характера, касался запретных тем: о невозможности со стороны науки отрицать бытие Бога, об основаниях веры, о соотношении веры и разума, о трехчастности человеческой природы, о воскресении мертвых, о чудесах, о предопределении.

Проповеди святителя Луки являются образцом хорошего русского языка, кратки и содержательны, доходчивы и не пространны, аргументированы и полемичны. Рукоположивший отца Валентина епископ Ташкентский Иннокентий напутствовал будущего архиепископа Луку словами апостола Павла: «Ваше дело не крестити, а благовестити», чем предвосхитил эту выразительную особенность служения святителя, его проповеднический талант.

Владыка Лука к делу проповеди подходил очень серьезно. В крымский период своего служения, как вспоминал его внучатый племянник Ю.Н.Сидоркин, проповеди никогда не были экспромтом. Каждая проповедь была тщательно выверена, прочитана накануне домочадцам, выяснены непонятные места, разъяснена, в случае необходимости исправлена.

Его проповеди не могли не раздражать богоборческие власти. Они везде и всюду, как могли, боролись с проповедником. Их докладные письма в вышестоящие инстанции лучшим образом свидетельствуют об этой силе слова святителя, что заставляло содрогаться уполномоченных. Так секретарь Крымского обкома ВКП(б) Соловьев Н. в секретном письме от 28 октября 1948 года указывает, что «по приезду в Крым Лука развивает энергичную религиозную деятельность. … В своих проповедях публично осмеивал материализм и материалистов …». Уполномоченный Карпов Г.Г., продолжая преследование Владыки Луки, в письме к Сталину требовал «в благоприятный момент при наличии надлежащего повода подвергнуть изоляции».

Руководство страны вынудило патриарха Алексия I провести беседу с архиепископом Лукой о пересмотре своей проповеднической деятельности в количестве и качестве, проповедовать только по воскресным и праздничным дням, ограничившись разъяснением Евангелия и апостольских посланий. На что Владыка Лука ответил, что в самом тексте Священного Писания «есть не мало того, что неприятно неверующим …., я характеризую материализм с надлежащей стороны, как это ни горько слушать атеистам».

На службе по поводу двадцатипятилетнего своего служения, при полутора тысячном стечении народа, Владыка Лука показал плеяду выдающихся ученых с мировым именем не скрывающих своей однозначной христианской позиции: Коперника, Пастера, великого ученого нашего времени физиолога Павлова и многих, многих других. Святитель Лука утверждал, что «наука без религии – небо без солнца. А наука, облеченная светом религии, - это вдохновенная мысль, пронизывающая ярким светом тьму этого мира».

Часто, поднимая в своих проповедях вопросы взаимодействия науки и религии, святитель Лука всякий раз указывал, что нет в них прямого противоречия. Верующие, зная о сотворенности и сложном устроении материи, понимают, что ее существование обусловлено внутренними законами, собственно открытием и изучением которых и занимаются ученые представители современной науки.

Касаясь этой темы, он хотел с одной стороны, утвердить свою паству в правильности ее позиции, что бы не смогли сбить ее с истинного пути представители от официальной науки, с ее агрессивной и навязчивой пропагандой, вошедшей в систему государственного образования и идеологии с однобокой атеистической позицией. Предостерегая своих пасомых, владыка Лука говорит, что «ты боялся насмешек и издевательств людей мира сего, а не боялся ли ты слов Самого Господа и Бога нашего Иисуса Христа: «А кто отречется от Меня пред людьми, отрекусь от того и Я пред Отцом Моим Небесным» (Мф. 10:33)».

С другой стороны, владыка Лука желал обратить внимание ищущего истину материалиста, возможно случайно, как ему может показаться, зашедшего в храм на то, что существует согласная с его взглядами позиция Церкви. Эта позиция Церкви соглашается с научными знаниями законов материального мира, но отличается гораздо большим представлением и пониманием реальности. Церкви, в том числе и опытно, известно о вечном присутствии другой высшей реальности, о существовании которой он (материалист) и не представляет. И самое главное, что обе эти реальности не находятся во взаимных противоречиях друг с другом. Для убежденных атеистов Владыка Лука говорит, что «среди тех, которые отвергают религию, основываясь на данных науки, подавляющее большинство не имеет никакого отношения к науке и говорит о ней только понаслышке».

До нас дошло записанное живое слово святителя Луки, произнесенное им со своей Симферопольской кафедры с 1949-52 гг., благодаря любви и смелости его паствы. Прихожане, стенографируя речи своего архиерея, аккуратно собирая, размножая их самиздатовским способом, и распространяя их из рук в руки, подвергали себя безусловной опасности преследования со стороны государственной репрессивной машины, ведь все печатные машинки были на учете в НКВД. В те годы невозможным было даже себе представить публикацию богословских трудов такого масштаба апологии. С помощью преданной паствы был найден рискованный способ выхода живого слова святителя за пределы церковной ограды. Конечно, масштабы его распространения не могли конкурировать с организованной государственной атеистической идеологией.

В проповеди «В неделю Антипасхи. О воскресении мертвых» святитель Лука говорит о согласованности мнения верующих с позицией ученых-физиологов в том, что «вся душевная жизнь связана с деятельностью головного мозга», но это не может являться доказательством отсутствия «загробной» жизни. Святитель Лука говорит, что позиции ученых приемлемы для нашего настоящего материального существования, но физиологи не берут в расчет бытие более значимого духовного мира. Святитель Лука показывает противоречивость последовательности материалистического мышления в том, что с точки зрения современной науки в основе существования жизни на земле, как способа существования белковых тел, лежит эволюционное развитие, которое подразумевает бесконечный прогресс живых, в том числе и разумных существ. Поэтому эволюция не может закончиться одной вершиной - человеком, единственным, первым и высшим существом, наделенным разумом. Согласно этой теории эволюции должны существовать более высокого уровня формы разумности, а люди это лишь первые представители духовных существ. Для принятия этого уже необходима искренняя вера, а не только самоуверенность в своем собственном гордом разуме.

Логическим продолжением предыдущей проповеди о необходимости существования более высоких духовных форм является объяснение владыкой Лукой возможности чудес в своей беседе «О чудесах». Материалисты и протестанты не верят в чудеса, но опровергнуть их не могут, объясняя их случайным стечением обстоятельств действий естественных природных явлений. Настоящих чудес быть не может, если они противоречат физическим законам не подверженным изменению, говорят они. Верующие так же знают и согласны с тем, что материальный мир детерминирован физическими законами и им подчинен, но, безусловно существующий высшего порядка духовный мир, имеет свои законы, превышающие силу физических. Владыка Лука не сомневается в преобладающем влиянии духовного мира над материальным, и соответствующей подчиненности последнего, поэтому говорит, что «неверующие ни во что духовное не способны полностью понять даже законов материальной природы».

Он отдельно останавливается на библейской истории пророка Ионы, являющейся предметом насмешек современных атеистов. Ослушавшись Божьего повеления, Иона был проглочен китом и вышел из чрева его невредимым спустя три дня. Современной науке известны случаи летаргического сна человека, когда все процессы жизнедеятельности резко замедляются и переносимость неблагоприятных условий возрастает. С позиции знания современной физиологии можно объяснить снижение пищеварительной активности посредством нейро-гуморальной регуляции. Если нам известны механизмы, то почему Бог не мог способствовать их реализации.

Святитель Лука в 1953 году произнес проповедь, в которой коснулся идеи схожести казалось бы разных вер, веры научной и веры в Бога. Согласно апостолу Павлу «Вера же есть осуществление ожидаемого и уверенность в невидимом» (Евр. 11:1). Очевидно, что само понятие веры основывается на невидимом (на нечувственном). Святитель Лука утверждает, что ученые в этом смысле ни чем не отличаются от верующих, что они то же имеют собственную научную веру, так в науке не мало основано на вере. Он приводит в качестве примера атомы и электроны, которые так же не видны, но в существовании которых, не сомневаются ни ученые, ни верующие люди, которые не невежды, в их среде достаточно грамотных и широко образованных. Как могут узнать ученые о существовании невидимых элементарных частиц? Сами ученые утверждают, что открываются атомы, электроны и другие элементарные частицы по своим свойствам, проявлениям и действиям. Тогда непонятен протест прогрессивного человечества против веры в Бога, «если мы так же веруем по проявлениям могущества Его и Божественной силы Его», которые так же можно обнаружить и на своем личном опыте, выражаясь научно эмпирическим путем, на опыте духовной жизни.

В одной из проповедей Владыка Лука с точки зрения ученого выступает в защиту реальной возможности и неопровержимости наукой шестоднева. Псевдонаучные критики подвергают сомнению появление света в первый день творения прежде светил на небе, которые были сотворены в пятый день. Святитель Лука отвечает этим горе ученым, что физическое явление света присуще материи как таковой, а не известным светилам, как его источникам. Светящаяся материя в первый день творения, прежде сгущения в небесные тела звезды и планеты, существовала в избытке во вселенной и являлась источником света, как это удивительно точно согласуется с современной теорией большого взрыва, реликтовое излучение которого наблюдается и сейчас.

В то же время важность науки и ученых владыка Лука много раз показывает в своих проповедях. Не может быть случайным то, что о начале земной жизни Господа и Спаса нашего Иисуса Христа одними из первых узнали древние ученые востока, искусные математики и астрономы. Приход их в Вифлеем был обусловлен их научным открытием новой звезды, возвестившей о рождении новой эры, Царя всех народов. Совсем не важно то, что их наука астрология является псевдонаукой, важно совсем другое, важно то, что угодно было Богу, чтобы выдающиеся ученые умы древности были приобщены к тайне Рождества Господа Иисуса Христа.

Владыка Лука в своих проповедях часто обращался к представителям науки со словами предупреждения. Он говорил, что многие, считающие себя высоко образованными, просвещенными, видящие себя источниками научного знания и философских учений, должны примерять к себе слова Христа «Итак, смотри, свет, который в тебе, не есть ли тьма» (Лк. 11:35).

Мы знаем много примеров того, как открытия и изобретения человечества обращаются против него самого. Знаем, как отрицательно влияет на окружающую среду, флору и фауну неразумная хозяйственная деятельность человека. Нарушение экологии приводит не только к вымиранию многих видов животных и растений, но ставит под вопрос возможность дальнейшего существования самого человека. Научная деятельность, направленная на удовлетворение растущих потребностей человечества во многих сферах, лишена четких моральных и этических критериев. Зачастую ученый руководствуется жаждой познания, не может знать, как будет использовано его открытие или изобретение. Владыка Лука приводит пример с открытием и использованием атомной энергии. Открытие, призванное служить во благо человечеству благодаря колоссальным возможностям получения энергии, имеет обратную сторону – разрушение. Огромной силы ядерное оружие массового поражения может быть использовано и привести к гибели нашей цивилизации. Так пророчески точно для нас звучат слова апостола Павла «Не обратил ли Бог мудрость мира сего в безумие?» (1Кор.1:20).

В противоположность амбивалентному научному знанию владыка Лука говорит о вершине познания, «ибо только то знание, которое руководствуется любовью к Богу и любовью к ближним, есть истинное знание».

В истории Церкви было не мало её представителей, являющихся обладателями передовых научных знаний, общепризнанного авторитета в ученом мире и достигших больших высот опыта духовной жизни. Среди них есть известные учители Церкви, загруженные знаниями своего времени. Это такие святители как Василий Великий, Григорий Богослов, Григорий Нисский и многие другие сделавшие свой выбор пути последователей Христа. Владыка Лука приводит пример святой великомученицы Екатерины, подобно вселенским святителям она была знатна, научена многим знаниям и языкам, была очень красива и умна. Екатерина между земным богатством, ученостью и преданностью Христу сделала правильный выбор, выбор «богатства познания Сына Божия и даров Святого Духа».

Иногда в своих беседах с прихожанами святитель Лука высказывал идеи предположительного плана. Так в проповеди «О предопределении» Владыка Лука высказал личный взгляд о том, что подобно доказанной наукой генетически обусловленной наследственностью физических свойств человека существует форма духовной наследственности, которая определяется свойствами душевного характера, способными передаваться от родителей к детям и более отдаленным потомкам.

Святитель Лука подчеркивал, что особо заслуживают нашего признания и уважения выдающиеся личности, государственные деятели, представители науки и культуры, которые видят целью своего земного существования улучшение жизни народа земли.

Мы больше всего любим то, чем особенно трепетно дорожим, достижение чего ставим целью своей жизни. Поэтому реализация поставленных задач приносит человеку удовлетворение, а невыполнение – глубокое разочарование. Для большинства простых людей земли предметом особой заботы является его плоть, соответственно наибольшую значимость приобретают заботы материального порядка, здоровье, достаток, благоденствие. Представителей творческой среды человеческого общества, к которым относятся ученые, в значительно большей степени интересует удовлетворение своих духовных потребностей, это развитие и самосовершенствование, а так же сопутствующими плодами их может быть признание, слава и честь.

Для того, что бы не потерпеть фиаско в жизни, привязанность к самому сокровенному необходимо ставить значительно ниже любви и стремления к Богу, настоятельно и постоянно рекомендует святитель Лука. Так неудача представителя творческой интеллигенции в своих изысканиях и ошибках больно ранит его душу. Можно весьма условно провести аналогию между ученым с несостоявшейся научной теорией или прогнозом с библейским пророком Ионой. Пророк испытал похожее разочарование из-за удара по своему престижу, ведь по милосердию Божьему его пророчеству не суждено было сбыться в сорокодневный срок.

Являясь выдающимся ученым своего времени, архиепископ Лука (Войно-Ясенецкий) так же верил в огромные потенциальные возможности современной науки и науки будущего, способной разгадать сложное устроение материального мира, предвещал дальнейшие бесконечные открытия и предостерегал от «радости» сомнительных побед над природой и тайнами мироздания. Об этом он предупреждал ученых, предостерегал от умопомрачения от успехов, способных привести к надменной ослепленной гордости, сродни дьявольской. «Но да не гордятся ученые своею мудростью! … И напомню я живущим только научной верой удивительное слово Господа Иисуса Христа: «…Я видел сатану, спадшего с неба, как молнию» (Лк. 10:18). Падают только сверху вниз, и низвержение сатаны с неба на землю свидетельствует о том, что небеса – эта сфера духовного бытия – гораздо выше бытия материального».

Сходство неверующего возгордившегося ученого ума с дьявольским заключается в том, что они лишены Божественной благодати. Без которой нет возможности участия в высших тайнах духовного бытия, где торжествуют особые законы, проникнуть в которые неспособен ни один даже самый изощренный человеческий разум.

В своих проповедях владыка Лука говорит настоящую правду, и эта правда многократно усиливается научным и публичным авторитетом святителя. Это есть ярчайший пример нашей современности того, как может человек, став членом церкви не отказаться от науки и будучи ученым, не отвергать Христа.

 

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Святейший Патриарх Кирилл определил задачи церковного образования, которые являются универсальными и должны стать так же целью всего светского знания. Это в первую очередь возрождение духовности образования, во вторую – мультидисциплинарность научных исследований. Безусловно, что естественные науки движут технический прогресс, но гармоничное развитие человечества не возможно без правильно ориентированных гуманитарных наук, изучающих движение человеческой мысли, души, духа. Светские гуманитарные науки потеряли свое главное, идейное основание.

Помочь преодолеть разделение между церковной и светской гуманитарными науками призвана Общецерковная аспирантура и докторантура, организованная в 2009 году, где представители обоих ее частей могут вести диалог и плодотворно сотрудничать. Разобщение светской и церковной науки явление искусственное, а потому временное. «Светскость» науки не означает, что она обязательно должна являться атеистической. Есть ученые, которые не имеют веры в Бога, но есть ученые, которые не находят противоречий между естественнонаучными достижениями и библейским откровением.

Церковь есть «столп и утверждение истины» (1Тим.3;15), является одним из основных положений христианского вероучения. Объединяющим началом учения Церкви и науки является стремление к истине.

Настоящее питается прошлым, на бережном хранении и непрерывной передаче Церковного предания основывается жизнь Церкви. Свое «предание» есть и у науки - это традиции, аксиомы. Высокого духовного напряжения требует решение вопросов не связанных с накоплением и обобщением данных, а стремящихся вникнуть в суть явлений, понять их идейную основу, в этом случае к выверенным методологическим подходам приобщается подлинное творчество. На интуицию или скрытое знание неоднократно указывали философы прошлого и нашего времени, которые участвуют в творчестве любого ученого. Сближение церковной и гуманитарной наук осуществляется в самом стремлении определить эту идейную основу.

Православная Церковь имеет непосредственное отношение ко всем сферам человеческой жизни, ее учение является всеобъемлющей отраслью знания. В своем учении о человеке, обществе, окружающей действительности она имеет собственное измерение – церковность, систему религиозных взглядов и ценностей.

История мировой и отечественной науки до начала ХХ века изобилует ярчайшими примерами личностей не противопоставлявших, а плодотворно совмещавших светское и церковное знание. Один из выдающихся примеров есть святитель Лука (Войно-Ясенецкий).